Можно ли, исполняя песню, одновременно аккомпанировать самому себе на свирели? Это невозможно, скажете вы. Если рот занят свирелью, то петь уже нельзя. А если петь, то как же дуть в свирель?

Видимо, желание разрешить это противоречие привело к изобретению волынки. Невозможное стало возможным.

Волынку знали почти все народы древнего мира, а позже во всех странах Европы. До сих пор играют на ней крестьяне Сицилии, носители некоторых сельских районов Румынии и Чехии, горцы Шотландии. Сохранилась волынка и на севере Франции. Еще несколько десятилетий назад музыкантов-волыночников Можно было встретить вУкраине и  Беларуси.

Народные инструменты... Их в мире столько, что никто до сих пор не смог назвать их точное число. Тем сложнее задача: как, по каким признакам отобрать несколько инструментов, которые способна вместить эта небольшая глава?
И при отборе решено руководствоваться жесткими условиями. Первое — долголетие. Отбирались только такие инструменты, история которых исчисляется веками, а то и тысячелетиями. Сразу же отсеялась добрая половина. Второе условие — инструмент должен быть не просто народным, а как бы международным, то есть распространенным не в одной стране, а хотя бы в нескольких. И третье — если среди оставшихся после столь строгого отсева инструментов попадались, скажем, три-четыре грифовых щипковых, из них выбирался только один. В итоге осталось всего шесть инструментов. Но и они могут дать представление о главных путях развития инструментов народной музыки.

В джазе, эстрадных оркестрах и ансамблях, кроме ударной установки, используется еще группа отдельных ударных инструментов. Эта группа непостоянна: в каких-то музыкальных пьесах нужны одни инструменты, в других другие, а то и вовсе обходятся без них. Таких инструментов больше десятка, но мы познакомимся с пятью.

Можно ли сравнить колокол со скрипкой? Уверен, что отклик ваш на такой вопрос будет немедленным и категоричным: конечно, нет. Что общего между многопудовой, а иногда и многотонной махиной и хрупким миниатюрным инструментом? Да и звучание настолько разное, что никак сравнивать нельзя.